header_img_left
header_img_right
+7 916 785 72 88
Коломна, ул. Зайцева, дом 18. У Пятницких ворот Коломенского кремля.
+7 915 152 51 15

Факты, события, люди

*N.B., Nota bene (лат.) - "заметь хорошо", "заметка на полях". Отметка в виде буквосочетания "N.B." употребляется на полях возле пунктов или фактов, на которые необходимо обратить внимание. Означает особую важность.

Тайны женскаго сердца от Викторины Л.

16 декабря 2017
О красоте Красота - несчастие.
Есть несчастiе, о которомъ никто не жалеетъ, - опасность, которой никто не боится, - язва, которой никто не избегаетъ: это несчастие, эта опасность, эта язва есть красота! Бьюсь об закладъ, что удивление ваше дошло до высочайшей степени при последнемъ слове – красота!
Но заметьте, что я называю несчастиемъ – быть прекраснымъ и быть красавицей при решительномъ отсутствии любезности и ума. В нашъ векъ, когда достоинства условны, красота (хотя бы была ched’oeuvre совершенства) безъ ума не уважается: это роскошь, которая только бросается въ глаза первоначально; это выгода, часто оставляющая насъ в накладе. Красавицы безъ ума и любезности вышли изъ моды вместе съ историческими романами и съ стариннымъ русскимъ обычаемъ держать женщинъ въ-заперти. Въ нашъ векъ одни только поэты влюбляются въ неолицетворенные еще идеалы, женщины не бредятъ уже любовью хорошенькихъ пажей, мужчины не ездятъ за тридевять земель въ тридесятое государство отыскивать принцесссъ, въ которыхъ заочно влюблялись предки ихъ поуши. Теперь любезность и умъ взяли верхъ над красотой.
Красота безъ ума и любезности есть выгода, часто оставляющая насъ в накладе, - сказала я; примера искать недалеко. Вы, господа мужчины, поражены красотой женскаго личика, вы очарованы, полувлюблены; тысяча соблазнительныхъ мыслей толпятся уже въ вашемъ воображении, и вы ищете случая обратить на себя внимание красавицы. Желание ваше исполнено, вы представлены ей, вы становитесь съ ней в контръ – дансъ и начинаете разговоръ… Но, Боже мой! Несносные да-съ! И нетъ-съ! – единственные ответы, которые вы получаете отъ красавицы въ награду за сотни пышныхъ и чувствительныхъ фразъ, столь пылкихъ, столь пламенныхъ, что, кажется, отъ нихъ должны бы растаять вечные снега угрюмаго севера, а между-темъ красавица ваша холодна какъ ледъ. Она или не понимаетъ или не хочетъ понимать васъ… Наконецъ положимъ, что каким-нибудь образомъ вы успели вызвать ее на ответы, более удовлетворительные этихъ несносныхъ да-съ! И нетъ-съ!.. Красавица ваша стала словоохотлива, разговорилась – и разговорилась овень не кстати: вы уже совершенно разочарованы, вы ждете окончания танца, и удаляясь отъ нея, съ горестью говорите: «какъ жаль! Она решительно глупа! Красота ея есть только яркая вывеска жалкой ограниченности ума.»
Хотя это бываетъ не всегда, не часто, но все-таки бывает, и я остаюсь при своемъ мнении, что красота, безъ ума и любезности, есть действительное несчастие, потому что о немъ никто не жалеетъ, - самая явная опасность, потому что ея никто не боится, и самая опасная язва, потому что избегнуть ея нетъ средства…

Красота – драгоценный даръ
Красота, съ умомъ и любезностью, есть самый драгоценный даръ, какимъ Небо наделяет женщину.
Красота совершенно условна; свойство ея изменяется въ отношении местъ и времени. Разныя племена и народы имеютъ разлияныя понятия о красоте: у всякаго свой вкус. Истинная красота неразлучна съ приятностью и согласием всехъ частей и формъ; истинная красота предполагает въ прелестной женщине добрыя свойства и превосходныя дарования. Любезность должна быть также непременной обязанностью наслаждающихся природными дарованиями. Поэты за типъ красоты принимают Венеру Медицейскую, но Венера есть красавица фантастическая; мы, какъ люди более положительные, привыкли определять красоту только гармонией формъ и пропорций, преняющей зрение. Нетъ красоты безъ свежести, свежести безъ здоровья, здоровья безъ жизни, согласной съ законами природы.
Небольшие секреты туалета и помощь уборнаго столика для красивой женщины необходимы; но влияние этихъ секретовъ и помощь уборнаго столика отнюдь не должны переходить границы, предписываемыя природой. Они должны только помогать природе, выказать все дары ея въ полномъ блеске, а не искажать ее прихотями мнимо-утонченнаго вкуса, не препятствовать ей развиваться. Та женщина употребляетъ во зло пособие уборнаго столика, которая правильныя черты, свежесть лица, стройно развившуюся талию, прекрасныя пропорции, какия дастъ природа, старается заменить театрально-грустнымъ или гордымъ выражениемъ лица, модной бледностию, похожею на утомление, плоской грудью и талиею пчелы.
Советы, предлагаемые мной въ этой книжке, основаны на собственном опыте. Приступая къ подробному изложению в частности всехъ условий, составляющихъ истинную красоту, прибавимъ, что образованность, порядокъ и вкусъ въ одежде – суть также неразлучныя ея спутники, и что основание красоты – здоровье и молодость. Способы сберегать первое и поддерживать последнее – есть цель моей книги. Постараюсь по возможности достигнуть этой цели… но ахъ, красавицы! Не могу умолчать горькой истины, что молодость не вечна, стало быть не вечна и красота; настанетъ осень жизни, - и секреты туалетные и помощь уборнаго столика безполезны. Женщина, переступившая за рубежъ сорокалетней жизни, уже не находитъ удовольствия проводить несколько часов предъ своимъ туалетомъ; она вздыхаетъ, глядясь в зеркало, и съ горестию говоритъ сама себе: «весна моей жизни! Где ты?» Съ самой этой минуты горькаго разочарования наступаетъ эпоха самая жалкая, самая насносная, эпоха владычества вычурных чепцовъ, накладных буклей, вставныхъ зубовъ и несноснаго преферанса!...
Читать полностью
X

Тайны женскаго сердца от Викторины Л.

Красота - несчастие.
Есть несчастiе, о которомъ никто не жалеетъ, - опасность, которой никто не боится, - язва, которой никто не избегаетъ: это несчастие, эта опасность, эта язва есть красота! Бьюсь об закладъ, что удивление ваше дошло до высочайшей степени при последнемъ слове – красота!
Но заметьте, что я называю несчастиемъ – быть прекраснымъ и быть красавицей при решительномъ отсутствии любезности и ума. В нашъ векъ, когда достоинства условны, красота (хотя бы была ched’oeuvre совершенства) безъ ума не уважается: это роскошь, которая только бросается въ глаза первоначально; это выгода, часто оставляющая насъ в накладе. Красавицы безъ ума и любезности вышли изъ моды вместе съ историческими романами и съ стариннымъ русскимъ обычаемъ держать женщинъ въ-заперти. Въ нашъ векъ одни только поэты влюбляются въ неолицетворенные еще идеалы, женщины не бредятъ уже любовью хорошенькихъ пажей, мужчины не ездятъ за тридевять земель въ тридесятое государство отыскивать принцесссъ, въ которыхъ заочно влюблялись предки ихъ поуши. Теперь любезность и умъ взяли верхъ над красотой.
Красота безъ ума и любезности есть выгода, часто оставляющая насъ в накладе, - сказала я; примера искать недалеко. Вы, господа мужчины, поражены красотой женскаго личика, вы очарованы, полувлюблены; тысяча соблазнительныхъ мыслей толпятся уже въ вашемъ воображении, и вы ищете случая обратить на себя внимание красавицы. Желание ваше исполнено, вы представлены ей, вы становитесь съ ней в контръ – дансъ и начинаете разговоръ… Но, Боже мой! Несносные да-съ! И нетъ-съ! – единственные ответы, которые вы получаете отъ красавицы въ награду за сотни пышныхъ и чувствительныхъ фразъ, столь пылкихъ, столь пламенныхъ, что, кажется, отъ нихъ должны бы растаять вечные снега угрюмаго севера, а между-темъ красавица ваша холодна какъ ледъ. Она или не понимаетъ или не хочетъ понимать васъ… Наконецъ положимъ, что каким-нибудь образомъ вы успели вызвать ее на ответы, более удовлетворительные этихъ несносныхъ да-съ! И нетъ-съ!.. Красавица ваша стала словоохотлива, разговорилась – и разговорилась овень не кстати: вы уже совершенно разочарованы, вы ждете окончания танца, и удаляясь отъ нея, съ горестью говорите: «какъ жаль! Она решительно глупа! Красота ея есть только яркая вывеска жалкой ограниченности ума.»
О красоте Хотя это бываетъ не всегда, не часто, но все-таки бывает, и я остаюсь при своемъ мнении, что красота, безъ ума и любезности, есть действительное несчастие, потому что о немъ никто не жалеетъ, - самая явная опасность, потому что ея никто не боится, и самая опасная язва, потому что избегнуть ея нетъ средства…

Красота – драгоценный даръ.
Красота, съ умомъ и любезностью, есть самый драгоценный даръ, какимъ Небо наделяет женщину.
Красота совершенно условна; свойство ея изменяется въ отношении местъ и времени. Разныя племена и народы имеютъ разлияныя понятия о красоте: у всякаго свой вкус. Истинная красота неразлучна съ приятностью и согласием всехъ частей и формъ; истинная красота предполагает въ прелестной женщине добрыя свойства и превосходныя дарования. Любезность должна быть также непременной обязанностью наслаждающихся природными дарованиями. Поэты за типъ красоты принимают Венеру Медицейскую, но Венера есть красавица фантастическая; мы, какъ люди более положительные, привыкли определять красоту только гармонией формъ и пропорций, преняющей зрение. Нетъ красоты безъ свежести, свежести безъ здоровья, здоровья безъ жизни, согласной съ законами природы.
Небольшие секреты туалета и помощь уборнаго столика для красивой женщины необходимы; но влияние этихъ секретовъ и помощь уборнаго столика отнюдь не должны переходить границы, предписываемыя природой. Они должны только помогать природе, выказать все дары ея въ полномъ блеске, а не искажать ее прихотями мнимо-утонченнаго вкуса, не препятствовать ей развиваться. Та женщина употребляетъ во зло пособие уборнаго столика, которая правильныя черты, свежесть лица, стройно развившуюся талию, прекрасныя пропорции, какия дастъ природа, старается заменить театрально-грустнымъ или гордымъ выражениемъ лица, модной бледностию, похожею на утомление, плоской грудью и талиею пчелы.
Советы, предлагаемые мной въ этой книжке, основаны на собственном опыте. Приступая къ подробному изложению в частности всехъ условий, составляющихъ истинную красоту, прибавимъ, что образованность, порядокъ и вкусъ въ одежде – суть также неразлучныя ея спутники, и что основание красоты – здоровье и молодость. Способы сберегать первое и поддерживать последнее – есть цель моей книги. Постараюсь по возможности достигнуть этой цели… но ахъ, красавицы! Не могу умолчать горькой истины, что молодость не вечна, стало быть не вечна и красота; настанетъ осень жизни, - и секреты туалетные и помощь уборнаго столика безполезны. Женщина, переступившая за рубежъ сорокалетней жизни, уже не находитъ удовольствия проводить несколько часов предъ своимъ туалетомъ; она вздыхаетъ, глядясь в зеркало, и съ горестию говоритъ сама себе: «весна моей жизни! Где ты?» Съ самой этой минуты горькаго разочарования наступаетъ эпоха самая жалкая, самая насносная, эпоха владычества вычурных чепцовъ, накладных буклей, вставныхъ зубовъ и несноснаго преферанса!...

Рубрику ведет Василиса Милентьевна. В качестве источника использовано второе издание с переменой Викторины Лю.....ой "Секреты дамскаго туалета и Тайны женскаго сердца или испытанныя и верныя наставления молодым дамам и девицам, как сохранить красоту, поддерживать молодость, сберегать здоровье, одеваться со вкусом и нравится."

Особенности орфографии XIX века

16 декабря 2017
В дореволюционном алфавите было 35 букв, а не 33, как сейчас. В нём были буквы «и десятеричное» (i), «ять» (Ѣ), «фита» (Ѳ) и «ижица» (Ѵ), которые потом были упразднены. Буква «ижица» употреблялась только в слове «миро», а вот буквы «и десятеричное» (i) и «иже» (и) иногда путали. Наверное самая известная путаница произошла в романе Толстого «Война и мир». Слово «мир», написанное через ижицу, как в современном русском языке, означало «покой, тишина», а «мiр», написанное через «и десятеричное», означало «земной шар со всеми людьми на ней». В одном из первых изданий романа на обложке и титульном листе было двоякое написание, что внесло путаницу в толкование названия романа. С буквой «фита» (Ѳ) тоже связана любопытная история: Николай Васильевич Гоголь в «Мертвых душах» писал, что эта оскорбительная для мужчины буква считается некоторыми людьми неприличною из-за своего написания, в силу которого её считают «женской» буквой. И поэтому для мужчины слово «фетюк», которое от этой буквы произошло, считалось особенно обидным. Самые большие сложности на письме вызывала буква «ять». Сколько гимназистов было порото, сколько прописей замарано, сколько коленок стерто о горох, и всё из-за этой буквы! В 1914 году профессор Николай Кульман сочинил стишок, зарифмовав все исключения, чтобы запомнить слова, в которых пишется буква "ять" (Ѣ):

Бѣлый, блѣдный, бѣдный бѣсъ
Убѣжалъ голодный въ лѣсъ.
Лѣшимъ по лѣсу онъ бѣгалъ,
Рѣдькой съ хрѣномъ пообѣдалъ
И за горькiй тотъ обѣдъ
Далъ обѣтъ надѣлать бѣдъ.
Вѣдай, братъ, что клѣть и клѣтка,
Рѣшето, рѣшетка, сѣтка,
Вѣжа и желѣзо съ ять, --
Такъ и надобно писать.
Наши вѣки и рѣсницы
Защищаютъ глазъ зѣницы,
Вѣки жмуритъ цѣлый вѣкъ
Ночью каждый человѣкъ...
Вѣтеръ вѣтки поломалъ,
Нѣмецъ вѣники связалъ,
Свѣсилъ вѣрно при промѣнѣ,
За двѣ гривны продалъ въ Вѣнѣ.
Днѣпръ и Днѣстръ, какъ всѣмъ извѣстно,
Двѣ рѣки въ сосѣдствѣ тѣсномъ,
Дѣлитъ области ихъ Бугъ,
Рѣжетъ съ сѣвера на югъ.
Кто тамъ гнѣвно свирѣпѣетъ?
Крѣпко сѣтовать такъ смѣетъ?
Надо мирно споръ рѣшить
И другъ друга убѣдить...
Птичьи гнѣзда грѣхъ зорить,
Грѣхъ напрасно хлѣбъ сорить,
Надъ калѣкой грѣхъ смѣяться,
Надъ увѣчнымъ издѣваться...


(Цит. по: Проф. Н. К. Кульманъ, "Методика русскаго языка", Спб., изданiе Я. Башмакова и Кo, 1914 (3-е изд.), стр. 182.)
Читать полностью
X

Особенности орфографии XIX века

В дореволюционном алфавите было 35 букв, а не 33, как сейчас. В нём были буквы «и десятеричное» (i), «ять» (Ѣ), «фита» (Ѳ) и «ижица» (Ѵ), которые потом были упразднены. Буква «ижица» употреблялась только в слове «миро», а вот буквы «и десятеричное» (i) и «иже» (и) иногда путали. Наверное самая известная путаница произошла в романе Толстого «Война и мир». Слово «мир», написанное через ижицу, как в современном русском языке, означало «покой, тишина», а «мiр», написанное через «и десятеричное», означало «земной шар со всеми людьми на ней». В одном из первых изданий романа на обложке и титульном листе было двоякое написание, что внесло путаницу в толкование названия романа. С буквой «фита» (Ѳ) тоже связана любопытная история: Николай Васильевич Гоголь в «Мертвых душах» писал, что эта оскорбительная для мужчины буква считается некоторыми людьми неприличною из-за своего написания, в силу которого её считают «женской» буквой. И поэтому для мужчины слово «фетюк», которое от этой буквы произошло, считалось особенно обидным. Самые большие сложности на письме вызывала буква «ять». Сколько гимназистов было порото, сколько прописей замарано, сколько коленок стерто о горох, и всё из-за этой буквы! В 1914 году профессор Николай Кульман сочинил стишок, зарифмовав все исключения, чтобы запомнить слова, в которых пишется буква "ять" (Ѣ):

Бѣлый, блѣдный, бѣдный бѣсъ
Убѣжалъ голодный въ лѣсъ.
Лѣшимъ по лѣсу онъ бѣгалъ,
Рѣдькой съ хрѣномъ пообѣдалъ
И за горькiй тотъ обѣдъ
Далъ обѣтъ надѣлать бѣдъ.
Вѣдай, братъ, что клѣть и клѣтка,
Рѣшето, рѣшетка, сѣтка,
Вѣжа и желѣзо съ ять, --
Такъ и надобно писать.
Наши вѣки и рѣсницы
Защищаютъ глазъ зѣницы,
Вѣки жмуритъ цѣлый вѣкъ
Ночью каждый человѣкъ...
Вѣтеръ вѣтки поломалъ,
Нѣмецъ вѣники связалъ,
Свѣсилъ вѣрно при промѣнѣ,
За двѣ гривны продалъ въ Вѣнѣ.
Днѣпръ и Днѣстръ, какъ всѣмъ извѣстно,
Двѣ рѣки въ сосѣдствѣ тѣсномъ,
Дѣлитъ области ихъ Бугъ,
Рѣжетъ съ сѣвера на югъ.
Кто тамъ гнѣвно свирѣпѣетъ?
Крѣпко сѣтовать такъ смѣетъ?
Надо мирно споръ рѣшить
И другъ друга убѣдить...
Птичьи гнѣзда грѣхъ зорить,
Грѣхъ напрасно хлѣбъ сорить,
Надъ калѣкой грѣхъ смѣяться,
Надъ увѣчнымъ издѣваться...


(Цит. по: Проф. Н. К. Кульманъ, "Методика русскаго языка", Спб., изданiе Я. Башмакова и Кo, 1914 (3-е изд.), стр. 182.)

О-де-колонъ "Лила Флёри"

11 декабря 2017
Когда-то Россия являлась производителем парфюмерной продукции, которая конкурировала с европейской и была не просто равной среди равных, а лучшей среди лучших. Отечественные парфюмеры удостаивались высочайших наград на престижных мировых торгово-промышленных выставках. Правда, речь идет о России дореволюционной. Француз Эмиль Бодло открыл в Москве свое парфюмерное дело в 1875 году уже будучи купцом второй гильдии. Поначалу у Эмиля Степановича, как называли его в России, было совсем маленькое производство, на котором работало всего пять человек – все иностранцы, да и сырье Бодло предпочитал использовать тоже привозное. В 1892 году на базе этого производства вместе с купцами-партнерами он основал Lilas Fleuri будущий знаменитый Торговый дом товарищества «Э. Бодло и К» с парфюмерной фабрикой «Виктория Регина», производившей духи, одеколоны, кремы, пудру, туалетное мыло, средства по уходу за зубами и многие другие косметические фабрикаты. С этого момента дела у компании пошли в гору и в скором времени Эмиль Степанович смог стать единоличным владельцем торгового дома, носящего его имя. Фабрика Бодло производила множество популярных в то время косметических средств, однако некоторые товары пользовались особым спросом. Например, крем «Бодло», который, как говорилось в рекламе, был необходим в каждой семье, поскольку «в особенности действителен при легких ожогах, причем боль быстро уничтожается, а также превосходно действует против раздражения кожи». Крайне популярным было также изобретение фабрики – мыло «Олео-Вазелин-Рояль-Бодло-Конго», на эффектной этикетке которого был изображен восточный правитель в чалме, усыпанной драгоценными каменьями. Это мыло имело стойкий и приятный запах и, как утверждалось, делало кожу лица и рук нежной и гладкой. Торговый дом «Э. Бодло и К» славился также своими одеколонами, которых производилось множество: «Царский ландыш», «Ондина», «Душистый горошек», «Рариор», «Мюсардия», «Виолис», «Буке д’Амур», «Лотус альба», «Мимоза д’Ор», «Шериор» – вот лишь малая часть их названий. Но все-таки вершиной парфюмерной славы Бодло стал одеколон «Лила Флери», создававший полную иллюзию запаха цветущей сирени.
Читать полностью
X

О-де-колонъ "Лила Флёри"

Lilas Fleuri Когда-то Россия являлась производителем парфюмерной продукции, которая конкурировала с европейской и была не просто равной среди равных, а лучшей среди лучших. Отечественные парфюмеры удостаивались высочайших наград на престижных мировых торгово-промышленных выставках. Правда, речь идет о России дореволюционной.
Француз Эмиль Бодло открыл в Москве свое парфюмерное дело в 1875 году уже будучи купцом второй гильдии. Поначалу у Эмиля Степановича, как называли его в России, было совсем маленькое производство, на котором работало всего пять человек – все иностранцы, да и сырье Бодло предпочитал использовать тоже привозное. В 1892 году на базе этого производства вместе с купцами-партнерами он основал будущий знаменитый Торговый дом товарищества «Э. Бодло и К» с парфюмерной фабрикой «Виктория Регина», производившей духи, одеколоны, кремы, пудру, туалетное мыло, средства по уходу за зубами и многие другие косметические фабрикаты. С этого момента дела у компании пошли в гору и в скором времени Эмиль Степанович смог стать единоличным владельцем торгового дома, носящего его имя.
Фабрика Бодло производила множество популярных в то время косметических средств, однако некоторые товары пользовались особым спросом. Например, крем «Бодло», который, как говорилось в рекламе, был необходим в каждой семье, поскольку «в особенности действителен при легких ожогах, причем боль быстро уничтожается, а также превосходно действует против раздражения кожи». Крайне популярным было также изобретение фабрики – мыло «Олео-Вазелин- Рояль-Бодло- Конго», на эффектной этикетке которого был изображен восточный правитель в чалме, усыпанной драгоценными каменьями. Это мыло имело стойкий и приятный запах и, как утверждалось, делало кожу лица и рук нежной и гладкой. Торговый дом «Э. Бодло и К» славился также своими одеколонами, которых производилось множество: «Царский ландыш», «Ондина», «Душистый горошек», «Рариор», «Мюсардия», «Виолис», «Буке д’Амур», «Лотус альба», «Мимоза д’Ор», «Шериор» – вот лишь малая часть их названий.
Но все-таки вершиной парфюмерной славы Бодло стал одеколон «Лила Флери», создававший полную иллюзию запаха цветущей сирени.

Селам - язык Цветов

18 декабря 2017
На Востоке цветы были своеобразным языком, с помощью которого влюбленные могли объясниться. Этот язык известен в Европе с XVIII в. под персидским названием "селам" - приветствие.Селам - язык цветов Россию с языком цветов познакомил Д. П. Ознобишин, известный тогда поэт и переводчик, фольклорист. Он перевел с персидского и издал в 1830 г. книгу "Селам, или Язык цветов", где каждому растению (а их упоминалось в книге более 400) соответствовала какая-либо фраза. Так к середине XIX века cтало модно преподносить дамам изысканные букеты, являвшие собой тайные послания, «написанные» на языке цветов. Каждому цветку приписывалось символическое значение. Эта милая выдумка позволяла молодым людям вести своеобразную цветочную переписку, полную намеков и пылких признаний, сохраняя свои чувства в секрете от непосвященных и не выходя за рамки приличий. Например, очаровательные цикламены, подаренные даме ее кавалером, могли разбить ей сердце, поскольку означали расставание, а веточка белого вереска, наоборот, сулила исполнение потаенных желаний. В наши дни язык цветов почти забыт, и, даря прекрасный букет из тюльпанов или роз, мы уже не уславливаемся о месте и времени тайного свидания. Но до сих пор мы считаем белую розу символом невинности, а красную - символом любви.
Читать полностью
X

Селам - язык Цветов

Селам - язык цветов На Востоке цветы были своеобразным языком, с помощью которого влюбленные могли объясниться. Этот язык известен в Европе с XVIII в. под персидским названием "селам" - приветствие. Россию с языком цветов познакомил Д. П. Ознобишин, известный тогда поэт и переводчик, фольклорист. Он перевел с персидского и издал в 1830 г. книгу "Селам, или Язык цветов", где каждому растению (а их упоминалось в книге более 400) соответствовала какая-либо фраза.
Так к середине XIX века cтало модно преподносить дамам изысканные букеты, являвшие собой тайные послания, «написанные» на языке цветов. Каждому цветку приписывалось символическое значение. Эта милая выдумка позволяла молодым людям вести своеобразную цветочную переписку, полную намеков и пылких признаний, сохраняя свои чувства в секрете от непосвященных и не выходя за рамки приличий.
Например, очаровательные цикламены, подаренные даме ее кавалером, могли разбить ей сердце, поскольку означали расставание, а веточка белого вереска, наоборот, сулила исполнение потаенных желаний.
В наши дни язык цветов почти забыт, и, даря прекрасный букет из тюльпанов или роз, мы уже не уславливаемся о месте и времени тайного свидания. Но до сих пор мы считаем белую розу символом невинности, а красную - символом любви.